Из интервью с Такаши Миике (На съемочной площадке фильма "Счастье семьи Катакури")

-- За прошедший год -- особенно за пределами Японии -- вы стали более знаменитым и известным. В результате этого что-нибудь изменилось для вас здесь, в Японии? Например, вы стали получать больше предложений?

-- Я очень рад, что мои фильмы были по воле случая "открыты" зарубежными кинофестивалями. Это помогло мне осознать, что и за пределами Японии и существует большой мир. Для меня это возможность познакомиться со многими людьми и видеть непосредственную реакцию международного зрителя на мои фильмы. Но для меня как режиссера подход к созданию фильмов не изменился.

-- Вы не считаете, что создаете жанровые фильмы?

-- Я вообще не думаю о жанре. Мои фильмы относят к определенному жанру. Но сам я, снимая фильм, не думаю о том, к какой категории он принадлежит. Если поменять актера, сильно изменится и настроение фильма. Например, будь в "Кинопробе" на месте Эйхи Сиины другая актриса, фильм был бы совершенно другим. Она улыбается, когда отрезает ногу, и в результате этот момент становится по-настоящему ужасным. Если бы другая актриса сделала это очень серьезно и грубо, ужаса бы не было. Настроение, атмосфера зависит от подбора актеров и съемочной группы. Это как судьба. Поэтому мне нравится использовать судьбу в своих целях. Мне кажется, это единственный способ снимать кино, поэтому я не меняю актеров по своей прихоти, так как фильм тогда тоже изменится. Когда я знакомлюсь с людьми, я мысленно пытаюсь представить какие они. Мой режиссерский подход к работе с ними зависит от этого впечатления. Возможно, мое впечатление о подлинном характере человека неправильно, но на самом деле для фильма это не имеет значения.

-- Мне кажется, фильм "Город потерянных душ" тематически весьма репрезентативен для вашего творчества, поскольку его герои принадлежат к разным национальностям. Во многих из ваших фильмов чувствует интерес к разным культурам, существующим в пределах Японии. Эта проблема интересует вас и в реальной жизни?

-- Японцы, даже если они живут в Японии, очень неусидчивы. Особенно я. Моя семья родом из Кумамото на юге Кюсю. Когда Япония потерпела поражение во Второй мировой войне, моя бабушка находилась в Корее. Когда она вернулась в Японию, она поселилась в другом городе. Так что после бабушки никто из моей семьи не жил в Кумамото. Я вырос в Осаке, но не считаю Осаку своим родным городом. Я всегда ощущал себя этаким перекати-поле, ощущал, что у меня нет родного города, куда я могу вернуться. Изображать таких людей в фильмах для меня очень естественно -- даже в историях о якудза. Так что у меня не было специального намерения показывать их такими. Я снял несколько фильмов о якудза с подобными персонажами, а после этого мне представилась возможность экранизировать "Город потерянных душ". Я нашел эту книгу очень подходящей для себя. С ее автором Хасе Сейсу я познакомился только после того, как было решено, что постановщиком буду я.

Я думаю, что я -- аранжировщик, а не автор. Поскольку у меня нет базы, мой подход к созданию фильма -- это взять материал в другом месте и использовать...

-- Снимая фильм, вы не думаете о зрителях, о том, что им понравится?

-- Не думаю. Потому что я не могу этого знать. Пытаться представить себе, что будешь развлекать публику, -- это очень японская черта. Люди, которые так думают, старомодны. Они считают зрителя единой массой, но на самом деле все зрители не похожи друг на друга. Поэтому развлечениий для всех не существует. Может, существовало раньше, например, серия фильмов о Тора-сане, но когда исполнитель его роли Киеси Ацуми умер, закончился и этот киносериал. Фильмов, которые нравятся всем, больше не существует.

-- Похоже, у вас нет никаких правил. Наверное, это связано с тем, что вы считаете себя аранжировщиком.

-- Возможно. Сам я не придумываю правила. Я недостаточно образован, чтобы их придумывать. Я слишком глуп. (смеется) Всю свою жизнь я снимаю фильмы, поэтому я должен получать от этого удовольствие. Даже когда у нас был очень напряженный график работы, она доставляла мне удовольствие. Конечно, я задаю себе вопрос, будет ли фильм иметь успех. Прекрасно, если в результате того, что мы получили удовольствие, фильм имеет успех.

-- Вы были одним из тех, кого Уэйн Вон и Фрэнсис Форд Коппола пригласили участвовать в проекте "Желтый дракон". Что случилось с проектом?

-- По-моему, этот проект начался лет шесть назад. Предполагалось, что это будет серия из шести фильмов, но снят был только один -- на Гавайях китайским режиссером. Этот фильм оказался не таким, как они себе его представляли. Им нужен был азиатский фильм, но соответствующий их представлениям об азиатском кино. Американским представлениям. Меня пригласили принять участие три года назад. Я написал сценарий и послал им, но после первого фильма проект застопорился, и я так и не получил ответа.

-- Я хотел бы поговорить о фильме "Живым или мертвым 2". Интонация, стиль и, разумеется, сюжет сильно отличаются от первой части. Вы никогда не подумывали о том, чтобы сделать настоящее продолжение с теми же героями?

-- Конечно, нет, потому что они взорвались в конце первой части. Я считаю продолжение оскорблением, нанесенным оригинальному фильму, потому что продюсеры думают, что можно сделать нечто лучшее, чем первый фильм, за меньшие деньги. Но в видеоиндустрии это очень распространено. Если первый фильм имел успех, компания решает сделать сиквел. Например, если продано 20 тысяч видеокассет, они считают, что можно продать как минимум 15 тысяч экземпляров сиквела. Выделяется бюджет, соответствующий предполагаемой продаже 15 тысяч экземпляров. В основе проекта сиквела всегда лежит негативистское мышление. Поэтому когда мне предложили сделать сиквел, я увидел в этом возможность для сопротивления, бунта, возможность не делать обычный сиквел, а все изменить. Мне не очень интересно снимать нормальный сиквел.

-- Фильмы "Посетитель Q" и "Семья" вы снимали цифровой камерой. Вам нравится работать в этом формате? В нем есть что-то иное? В техническом или творческом смысле?

-- Эти два фильма были сняты с несколько иным подходом, чем обычно. Они планировались как видеофильмы, должны были быть выпущены на видео, что означает очень низкий бюджет. Например, бюджет "Посетителя Q" составлял 7 миллионов йен (около 70 тысяч долларов), и он был снят за неделю. К счастью, премьеры обоих фильмов состоялись в кинотеатрах, так что продюсеры могли написать на коробке видеокассеты, что это кинофильм, а не просто видеофильм. Так что у меня иная ситуация, чем, скажем, с фильмом "Танцующая в темноте". Они отважились снимать цифровой камерой крупно-бюджетный фильм. Обычно, используя цифровую камеру, мы передаем атмосферу нормальных, повседневных вещей. Она схватывает ощущение реальной жизни. В моем случае это произошло не потому, что я решил снимать фильм таким образом, а потому что у меня не было денег на нечто большее. И, кроме того, мы думали, что нет причины цепляться за идею использования кинопленки. Но с годами я понял, что мне намного больше нравится снимать на пленку, чем на видео.

Например, мне нравятся 35-миллиметровые фильмы, переведенные с 16-миллиметровой пленки. Сама 35-миллиметровая пленка мне не настолько нравится. От вкуса человека зависит, нравится ли ему карандаш или масляные краски. Мне же при съемках на 35 миллиметров было очень трудно получить такое изображение, какое я хотел. Нужно было учитывать слишком много вещей, чтобы добиться желаемого результата. А на цифровой камере "картинка" получается ближе к тому, как я ее себе представлял. Мне кажется, вообще первосортный материал -- это не для меня. У меня сложилось впечатление, что за рубежом мои 16-миллиметровые фильмы ценят выше, чем те, что я снял на 35 мм. В особенности те из 16-миллиметровых фильмов, которые были сняты на маленький бюджет в условиях нехватки времени и денег.

-- Давайте поговорим о влияниях. Какое влияние оказали на вас режиссеры, у которых вы работали ассистентом?

-- Не могу сказать, что чему-то научился непосредственно у каждого из них. Все они очень непохожи. У каждого из них -- свой подход к режиссуре и к использованию бюджета. Но, в конечном счете, все они снимают то, что мы можем считать фильмами. Я хотел бы отбросить все, чему я научился на съемках в качестве ассистента. Отбросить мысли о том, что нужно для того, чтобы снять хороший фильм. Отбросить идею о том, что нужно снимать определенным образом, чтобы в итоге получился настоящий фильм.

Для Шохея Имамуры снимать кино -- это вопрос того, как жить. Он создал собственную производственную компанию и сам находил деньги на фильмы вместо того, чтобы ждать, пока ему их предложат. Этой независимостью пронизаны все его фильмы. Я снимаю фильмы, которые мне заказали, на чужие деньги.

-- До последнего времени вы снимали фильмы, которые вам заказывали, включая сиквелы, снимать которые, на ваш взгляд, неправильно. Но теперь вы становитесь знаменитым...

-- Нет, нет. Не очень. (смеется)

-- Вы ощущаете теперь необходимость изменить свое отношение к кино, например, снимать только те фильмы, которые вы хотите снять?

-- Нет. И до этого я не снял ни одного фильма, который не хотел бы снимать. В конце концов, вопрос заключается в следующем: зачем отказываться от предложения, которое дает вам шанс. В этой ситуации, если у меня не возникает мысли, подходит мне данный проект или не подходит, я не нахожу причины отклонять предложение. То есть, я сделал много фильмов о якудза, и если мне предложат снять еще один, почему я должен считать, что фильм о якудза отличается, например, от фильма о романтической любви? В конце концов, и в фильме о якудза можно показать любовь. Есть очень много элементов, подходящих для фильма такого типа, якудза тоже могут любить.

Поэтому я не отказываюсь ни от каких предложений. Мне кажется, есть два типа режиссеров. Одни очень осторожны, тщательно выбирают сюжеты, которые им подходят и которые они действительно хотели бы снять. Другие снимают фильм за фильмом и не боятся измениться. Они меняются естественным образом, снимая один фильм за другим. Я принадлежу ко второму типу, но я не стремился работать так много. Я очень много работал, когда был ассистентом режиссера, и это стало привычкой.

-- И вас не смущает очень сжатый график съемок?

-- Конечно, это трудно, но когда к этому привыкаешь, если тебе дают больше времени, ты можешь использовать его действительно с толком. Хотя лично я потратил бы его на сон и развлечения. (смеется)

-- Вы не боитесь состариться раньше времени, если будете продолжать работать так много?

-- Нет, это не зависит от того, работаешь ли ты быстро или медленно. Можно работать медленно и довести себя до истощения. Это зависит от силы и напряжения. Естественно, рано или поздно человек стареет, это надо понимать и принимать. Не думаю, что меня изматывает тяжелая работа. Мне многие задают этот вопрос, поэтому мне приходится об этом всегда помнить. Это создает для меня позитивное давление и мотивирует меня. Нужно превращать негативные явления в позитивные. В современном японском кино мы всегда говорим, что не хватает денег, что зрители не смотрят наши фильмы. Но надо думать об этом в позитивном ключе: если зрители не ходят в кино, мы можем снимать любые фильмы, какие захотим. Какого бы типа фильм ты не снял, он не имеет успеха. Значит, можно снимать по-настоящему смелые, дерзкие фильмы. Есть много талантливых актеров и кинематографистов, но многие японские фильмы неинтересны. Многие фильмы сняты в русле сложившихся представлений о том, каким должен быть японский фильм. Некоторые фильмы осмеливаются сделать шаг в сторону от этих представлений, но я думаю, мы должны решительно порвать с этими представлениями.

-- Сильно ли повлиял на вас Сейдзюн Судзуки? Его подход к режиссуре кажется мне очень похожим на ваш.

-- На самом деле я не очень хорошо знаком с его творчеством. Я просто пришел в этот мир, я не изучал историю кино. Я поступил в Академию визуальных искусств в Иокагаме (частная киношкола, основанная Шохеем Имамурой), потому что туда не надо было сдавать вступительные экзамены. В то время я не хотел становиться взрослым, не хотел работать и знал, что не поступлю в университет, -- поэтому я поступил в Академию. К тому же я жил в Осаке, и переезд Иокагаму означал, что я могу покинуть дом моих родителей.

Мои кинематографические влияния восходят к детству, например, фильмы Брюса Ли. Я мало что знаю о Сейдзюне Судзуки, потому что для моего поколения быть поклонником его фильмов означало быть отпетым киноманом. К тому же его фильмы было очень трудно посмотреть в кинотеатрах. Я посмотрел некоторые из них сейчас, и они мне нравятся, так что, если вы считаете, что мы с ним похожи, я очень доволен. Потому что, на мой взгляд, его фильмы чрезвычайно оригинальны.

-- В то время Судзуки тоже был бунтарем. Этим он напоминает мне вас.

-- В тот период -- в конце 1960-х-начале 1970-х -- на киностудиях существовала особая система производства. Три фильма трех разных режиссеров снимались за 10 дней в одних и тех же декорациях. Существовала иерархия режиссеров. Самые маститые могли снимать кинозвезд, и их фильмы должны были стать хитами. Третий фильм был для студии наименее важным, но в итоге как правило оказывался самым интересным из трех, потому что всем было наплевать, что делает режиссер.

Например, фильмы Юкио Ноды намного интереснее большинства сегодняшних фильмов. Они очень современны по своему духу. Они могли бы породить переворот в киноиндустрии, потому что были очень необычными для своего времени. Может быть, причина заключается в том, что такие режиссеры не боялись, что их уволят. Они были наемными работниками, и у них был профсоюз, так что студии было очень сложно их уволить. Это еще одна причина, почему они могли поступать, как им нравится.

Будь Сейдзюн Судзуки молодым начинающим режиссером сегодня, все могло бы сложиться иначе. Сегодня кино стало еще более консервативным. Особенно склонны к консерватизму режиссеры, работающие по разовым контрактам. Они стараются угодить, чтобы свести до минимума риск и не упустить какие-либо заказы. Их фильмы очень хорошо сделаны, как у студентов-отличников. Они умеют разговаривать с продюсерами. В итоге они становятся неинтересными.

-- Ну, а Брюс Ли? Какое влияние он оказал на вас?

-- Когда я увидел его фильмы, в особенности "Входит дракон", мне было 13 лет. В это время японская экономика была на подъеме, но страна была не так открыта по отношению к внешнему миру, как сейчас. Я жил в Осаке, и мы вообще не видели иностранцев. Брюс Ли не особо красив, не очень сильный актер, он хорош в действии, но это действие скорее мужественное, чем красивое. Только благодаря мужественности он попал в Голливуд и добился огромного успеха. Он исполнял главную роль, даже если картина считалась фильмом категории "Б". Это меня очень удивило и произвело сильное впечатление. Он был азиатом, но очень классным. Мы понимали, что главное, не откуда ты родом, а кто ты есть. Он оказал на мое поколение очень сильное влияние. Некоторые из нас из-за него начали заниматься карате.

-- Почему вы стали режиссером?

-- Потому что у меня не было другого выбора. Я мечтал стать гонщиком-мотоциклистом, потому что очень люблю мотоциклы. Мне кажется, режиссером может стать любой, особенно если у тебя есть деньги. Стать известным музыкантом -- это тоже способ стать режиссером. Если ты прославился в качестве актера (как Такеши Китано) и потом стал режиссером, это дает тебе огромную свободу. Есть очень много способов стать режиссером. Если оценивать талант по десятибалльной системе, то режиссер должен обладать талантом на 10 баллов, но и человек с талантом на 1 балл тоже может стать режиссером, если обладает талантом завязывать нужные связи.

С другой стороны на мотогонках победитель -- всегда огромный талант. Даже если много тренироваться, его не победить. Такой мир меня восхищает. Но у меня не было выбора. Я никогда не мечтал стать режиссером. Я считал, что кинорежиссура -- профессия для интеллигентов.

-- Но, быть может, режиссура, как и мотогонки, является одним из способов повысить содержание адреналина в крови?

-- Время от времени. Но иногда мне становится очень страшно, потому что я не могу найти внутри себя энергию или силу. Это не то, что можно получить по первому требованию. Иногда это приходит, когда я слушаю любимую песню или открываю книгу -- совершенно неожиданно. Поэтому я просто жду, когда такой момент наступит. Я полагаюсь на природу.

Апрель, 2001, Киото, "Midnight Eye"



« На главную


Кино без границ Фильм.Ру - всё о кино, афиша кинотеатров Москвы